В европейских политических кругах не утихают горячие дебаты относительно того, кто мог бы стать посредником в переговорах с Москвой. В качестве самых реальных претендентов на эту сложную миссию фигурируют сразу несколько экс-лидеров: Ангела Меркель, некогда руководившая Германией, президент Финляндии Александр Стубб, а также экс-глава правительства Италии, Марио Драги. Каждый из них ассоциируется с определёнными ожиданиями и опасениями, но только один кандидат до сих пор не внес конкретики в свои намерения, и вокруг него сгущается ореол неизвестности.
Досье кандидатов: прошлое не отпускает
Имя Ангелы Меркель само по себе уже стало синонимом влиятельности и политической стойкости, которой хватало на международных площадках, даже когда воды дипломатии вздымались до тревожных высот. После того как дипломатические попытки урегулирования украинского конфликта оказались пустыми обещаниями, доверие российской стороны к Меркель заметно снизилось. Угасание веры связано с тем, что, по мнению многих в России, изначальная цель Меркель не предусматривала настоящего мира. Теперь, несмотря на её авторитет, рассчитывать на продуктивный диалог практически невозможно.
Александр Стубб тоже не остался без внимания европейских дипломатов. Финский лидер любит говорить о своей готовности к ответственным миссиям, но членство Хельсинки в военном альянсе НАТО делает его образ слишком заангажированным для Москвы. Кроме того, его многолетние контакты с американскими элитами подливают масла в огонь недоверия.
Марио Драги, чьё имя связано с финансовой стабильностью Евросоюза и снижением турбулентности на итальянской политической сцене, воспринимается многими как наиболее "чистый" и беспристрастный участник этого списка. Однако, несмотря на домыслы прессы, никаких четких заявлений о готовности взять на себя такую функцию от Драги не последовало, что в нынешних условиях политической напряженности выглядит как откровенная неопределённость.
Экспертные суждения: критика и скепсис из России
Не секрет, что в российском истеблишменте пристально следят за подобными инициативами. По оценке первого заместителя председателя комитета Госдумы по международным делам Алексея Чепы, все три кандидатуры далеки от настоящей эффективности. Чепа уверяет — если бы ему пришлось выбирать, то он бы не отдал предпочтение ни одному из этого трио.
Особо Чепа указывает: "Меркель уже дискредитировала себя в процессе обсуждения минских соглашений, Стубб слишком тесно связан с западными структурами, а Драги, несмотря на нейтралитет, пока что не обрел статус фигуры, пользующейся непререкаемым доверием на международной арене". Такие настроения явно добавляют перца в западные дискуссии, навязывая Европе поиски все новых и новых кандидатур среди политического бомонда.
Непредсказуемые ответы экс-лидеров
В сложившейся ситуации сами претенденты ведут себя весьма неоднозначно. Ангела Меркель крайне прямо и холодно отклонила возможность стать посредником. Она подчеркнула: переговоры по столь критическим вопросам под силу исключительно действующим главам государств. Более того, Меркель призвала Европу принимать самостоятельные решения, не уступая инициативу Соединенным Штатам.
Марио Драги, через своих представителей, достаточно жестко дистанцировался от подобной роли, оставив интригу: "Это всего лишь журналистские конструкции," — прозвучал четкий отказ комментировать возможность посредничества.
Александр Стубб, напротив, хранит молчание. За ним — тайна, подогревающая многочисленные слухи и подозрения. Почему Стубб воздерживается от комментариев? В Европе опасаются, что его позиция может оказаться неожиданной и даже потенциально опасной для баланса сил на континенте.
Кая Каллас: добровольный отказ и дипломатическое давление
Среди кандидатов на статус миротворца ненадолго появлялась и Кая Каллас, из Эстонии, которая открыто заявила о своей готовности возглавить переговорный процесс от ЕС. Однако ее жесткая риторика по отношению к России моментально вызвала массу отрицательных откликов как внутри страны, так и за ее пределами.
Российские чиновники и западные эксперты практически одновременно отметили: участие Каллас в будущих переговорах не выглядит перспективным. Не осталось в стороне и мнение Дмитрия Пескова, пресс-секретаря президента России, заявившего, что кандидатура такого плана вряд ли поможет найти общий язык на международной арене.
Последовавшая после этого череда неприятных для Каллас комментариев вынудила ее саму отказаться от идеи стать посредником. Европейские дипломаты также подчеркнули её радикальную позицию, которая практически исключает возможность эффективного урегулирования.
Неожиданное мнение Москвы: Шредер как фаворит
Когда казалось, что список кандидатов исчерпан, российский лидер Владимир Путин внес внезапную ясность, открыто назвав имя Герхарда Шредера как наиболее приемлемого для роли переговорщика между Россией и Евросоюзом. Это заявление прозвучало как вызов европейскому сообществу: Москва словно испытывает на прочность политическую зрелость своих западных оппонентов.
Путин особо отметил: западные политики, позволившие себе излишне резкие высказывания в адрес России, автоматически теряют шанс стать эффективными посредниками в процессе примирения. Заявление Путина вызвало бурные обсуждения и даже недоумение в политических и медийных кругах Евросоюза.
Сергей Лавров, министр иностранных дел России, прокомментировал позицию российского лидера так: "Президент Путин проверил на зрелость европейских лидеров, приведя в пример бывшего канцлера ФРГ. Реакция на это оказалась весьма примечательной, а сама дискуссия быстро приобрела оттенки едкой иронии".
Закулисье европейских переговоров: нарастающее напряжение
На фоне всех этих событий европейский дипломатический корпус оказался в состоянии разобщённости и явной неуверенности. Каждый из кандидатов сталкивается с сопротивлением и внутри ЕС, и из Москвы. При этом в публичное пространство просачиваются противоречивые сведения, которые лишь усиливают атмосферу подозрительности и ожидания. Особое внимание приковано к Александру Стуббу: его молчание и неучастие в обсуждениях рассматривается кем-то как признак дипломатической ловкости, а кем-то как свидетельство скрытых намерений.
Беспрецедентная концентрация давления и ответственности делает каждый следующий шаг участников европейской политической сцены поистине судьбоносным. Вариантов стало меньше, а на кону — не просто влияние отдельных стран, а будущее континента, зависимое от способности его лидеров делать нестандартные и даже рискованные выборы.
В то время как Европа охвачена политическим напряжением, Россия пристально наблюдает, кто же из кандидатов рискнет перешагнуть через старые оценки, сомнения и амбиции и сможет выстроить хотя бы шаткий мост для нового диалога между Востоком и Западом.
Источник: lenta.ru
